Александр Шиманович: «Мы играли не за деньги»

Александр Шиманович: «Мы играли не за деньги»

Александр Шиманович — один из известнейших одесских футболистов 60—х годов. Представитель целой плеяды одесситов, начинавших путь в большой футбол на стадионе «Спартак», он начал играть в высшей союзной лиге в 19 лет. Александр Кузьмич не затерялся в такой сильной команде, как московский ЦСКА, а затем транзитом через одесских армейцев попал и в «Черноморец», в котором, как и во всех других коллективах, играл заметную роль.

Одесский Монгол

— Александр Кузьмич, расскажите о вашей юности, как вы начали заниматься футболом?

— Футболом я начал заниматься еще в школе. Потом попал к замечательному тренеру Юзефу Клацману, который работал на «Спартаке» и воспитал множество замечательных игроков. Начал там тренироваться. Потом лет пять подряд играл на первенство города. У нас была хорошая команда на «Спартаке», мы занимали первые места в городе. Кроме меня там играли Молочков, Заболотный, Бокатов, Козырев, Елисеев, Котельников и другие. Затем мы сыграли товарищеский матч в Кишиневе и там меня, что называется, заметили. Взяли играть в «Молдову», тогда выступавшую в высшей лиге. Мне тогда было только 17 с половиной лет, сначала я провел сезон в дубле, а потом уже занял место в основе. До этого Анатолий Зубрицкий хотел, чтобы меня забрали в «Черноморец», даже ходил об этом говорить с тамошним руководством, но тогда в команде были какие—то проблемы и ничего не получилось.

Три года я играл за молодежную сборную Союза. Когда одесский СКА попал в высшую лигу в 1964 году, меня забрали в эту команду, но в родном городе я прослужил недолго. Уже через месяц меня командировали в московский ЦСКА, где я играл три года. В 1967—м вместе с главным тренером Сергеем Шапошниковым мы вернулись в Одессу и нас обоих пригласили в «Черноморец». Так я наконец заиграл в родном городе, провел 4 полноценных сезона в составе «Черноморца». Кстати, сам я родился в Монголии, где служил мой отец, но с детства жил и по сей день живу в Одессе. Поездил по всем странам, играл с Лобановским и против него, играл с Семеном Альтманом, у нас был хороший состав в «Черноморце» конца 60—х. После «моряков» провел определенное время в симферопольской «Таврии» и в тираспольской «Звезде», ну, а заканчивал играть я в одесском СКА, мне тогда было уже 36 лет. С 1980 я работаю на кафедре физкультуры, сейчас в Юракадемии. Я не люблю менять работу.

Татушин и с животом обгонял всех

— Насколько тяжело было в таком юном возрасте играть в высшей лиге чемпионата СССР за «Молдову»?

— Честно говоря, мне совсем не было тяжело, потому что там были такие игроки, как Коля Молочков, Женя Ларин, Колбасюк, Володя Вебер, который сейчас в «Черноморце» тренирует вратарей, с ними было очень легко и весело играть. В ЦСКА, например, мне было намного сложней, потому что там был уже совсем другой коллектив, молодому там было непросто пробиться. К тому же, в «Молдове» и тренер, и 80% игроков были москвичами, которые обладали высоким исполнительским мастерством. Там играл знаменитый Татушин (как раз после той печальной истории со Стрельцом и Огоньковым), у которого я многому научился. Мы тогда удивлялись, глядя на Бориса Татушина, у него живот был такой, заметный, а бежал быстрее всех, никто догнать не мог.

— А как сложилась ваша карьера в ЦСКА, там вы встретили еще более видных личностей…

— Да уж, я играл там с такими известными футболистами как правый защитник Пономарев, который играл за сборную Союза, легендарный центральный защитник Альберт Шестернев, левый защитник Дима Бабич, центральные полузащитники Коля Маношин, Поликарпов, нападающие Володя Федотов, Борис Казаков, Коля Каштанов… Из 30 человек 16 играло в сборной Союза, так что надо было еще попасть в основной состав. Первый год я постоянно играл, потом пришел Шапошников и стал ставить своих игроков. Затем команду возглавил Бобров, как раз вернувшийся из одесской командировки, и с ним повторилась та же ситуация. А к концу третьего года я попросил, чтобы меня перевели в Одессу, и Бобров согласился.

ЦСКА всегда был конюшней

— Как жилось в Москве в те годы?

— Неплохо жилось. Мне сразу дали квартиру двухкомнатную, жену потом перевез. Кстати, женился я в Кишиневе, хотя жена у меня и русская, просто жила там. Но, честно, если бы можно было, я бы не поехал тогда в Москву. Там очень тяжело было пробиться, особенно уроженцам других городов, слишком большая была конкуренция. Приезжим футболистам, чтобы попасть в основной состав, надо было не просто хорошо играть, а быть на две головы лучше, чем остальные. Уже тогда ЦСКА называли «конюшней» за их политику в отношении игроков. Только сейчас берут бразильцев, а не своих доморощенных — вот и вся разница.

— Что вы можете рассказать о периоде, проведенном в «Черноморце»?

— «Черноморец» был хорошей командой, у нас было два одинаковых по силам состава. Нас тренировали замечательные специалисты, сначала Морозов (сразу после чемпионата мира в Англии, где его сборная СССР заняла 4 место), потом Шапошников. В воротах стояли Саша Ярчук, Семен Альтман, в защите играли Цунин, Попичко, Лысенко, в нападении Поркуян. Команда была хорошая, в 1968—м заняли 8 место, это, в принципе, было неплохим результатом. После этого уже пришел Алескеров и на базе той команды конца 60—х сделал «Черноморец», занявший третье место, но это было уже в начале 70—х.

Тогда пили, но играли ведь…

— Вы можете сравнить, как непосредственный участник тех славных дел и специалист в настоящее время, футбол 60—х с современным?

— Уровень футбола был очень высоким. В каждой команде высшей лиги было 5—6 высококлассных игроков, а всего 16 команд — посчитайте. Хватить людей могло на несколько сборных, которые могли бы решать задачи на мировом уровне. Вообще было много прекрасных команд, представляющих разные республики, и все они отличались друг от друга, у каждой была своя тактика, свой уникальный стиль игры. Который, конечно, формировали личности. Неудивительно, что и сборная тогда выигрывала Кубок Европы, выходила в полуфинал чемпионата мира. А сейчас уровень детского футбола упал, тренеры не занимаются детьми, не интересуются, нет финансирования. Да и дети тогда больше интересовались футболом, не было телевизоров, кафе, вот и играли с утра до вечера. Нас же с улицы было не выгнать, нам ничего не надо было кроме мяча. Сейчас на детей списывают деньги, а забирает их начальство — не футбол, а бизнес. Тогда очень много одесситов играло за команды высшей и первой лиги, у нас была хорошая детско—юношеская школа. У нас было 14 полей, а сейчас осталось 4, не считая СКА и «Черноморца».

Да и сам футбол 60—х был романтичнее, веселей. Денег мы получали гораздо меньше современных звезд, а играли… Кто видел, может сравнить. Футболисты моего времени могли себе и позволить лишнего за пределами футбольного поля, но на нем у них все было в порядке. Тогда звезды футбола выпивали, но играли ведь, а сейчас не пьют, и не играют. Мы не могли не отдаться на поле до конца, потому что стыдно на улицу было потом выйти. А подчас и опасно.

— Какой вам больше всего запомнился матч или случай из карьеры?

— В 1968 я забил Яшину метров с 30—ти, и мы выиграли 1:0 — это было первое поражение московского «Динамо» в том году. Там был такой защитник Глотов, я отобрал у него мяч, и он меня начал догонять. А он такой серьезный был защитник, я бегу и думаю — убьет сейчас. Ну и ударил по мячу, и попал в самую девятку. Тогда вообще часто забивали издали, у многих игроков был поставленный удар. Сейчас же форварды почти не бьют, не умеют что ли? Да и забивают меньше, чем полузащитники. Нам Всеволод Бобров говорил, большой мастер ударов: «увидел белую линию — бей».

Балабанов зря ушел из «Черноморца»

— А вне поля были какие—то интересные случаи?

— Да много было. Случались договорные игры, это, конечно, уже давно не секрет. Как—то мы договорились с Мустыгиным, форвардом минского «Динамо», что дадим ему забить два гола и сыграем 2:2. Игра была уже последняя в сезоне и ничего не решала, а он, если бы забил, смог бы стать лучшим бомбардиром. Ну мы договорились, а Семену Альтману, который стоял на воротах, об этом не сказали. И весь матч мы подпускали Мустыгина к воротам, а он никак не мог забить — Семен все отражал. Пенальти назначили — Альтман поймал, два раза один на один с вратарем вышел — опять вратарь не дал забить. Только в конце игры чуть ли не с нашей помощью ему удалось забить эти два гола. А после матча он уходил с поля со слезами на глазах и сказал, что так он больше играть не будет. Но это были не денежные игры, просто по дружбе хотели помочь.

— Что вы думаете о современном «Черноморце», как вам его игра в этом сезоне и в предыдущем?

— Сейчас команда очень приличная, в основном, благодаря Семену Альтману. Он собрал их и воспитывает, а сами по себе игроки, честно говоря, не очень высокого уровня. Самое главное у Семена то, что у него нет любимцев, как было у многих тренеров, у того же Лобановского. Если хуже играешь, не будешь в основе. В команде сейчас дисциплина, а это очень нужное дело.

— Как вы думаете, в какое десятилетие «Черноморец» играл лучше всего?

— Мне сложно сказать, но мне кажется, что сейчас у нас одна из лучших команд, настоящая команда, дисциплинированная. Жаль только, что ушли два форварда — Косырин и Балабанов. Балабанов так вообще зря ушел, сидит сейчас на скамейке запасных и почти не играет. Я ему говорил, чтобы он оставался, «Днепр» — не его команда, в отличие от «Черноморца». Но там предложили больше денег, он и ушел…